В 2026 году должно прояснится, насколько обоснованы претензии Дональда Трампа на новый формат доминирования США в мире. Или же речь идет о виртуальном процессе.
Одним из индикаторов успешности политики Трампа будет ситуация в Газе. Первый этап его плана реализован, теперь дело за вторым. 2026 год покажет, удастся ли Трампу сформировать дееспособную администрацию по управлению Газой, и военный контингент, который смог бы защитить эту администрацию. В условиях, когда ХАМАС ослаблен, но не побежден, и с его присутствием в Газе придется считаться. А такое присутствие остается полностью неприемлемым для Израиля.
Другой индикатор – судьба Венесуэлы. Трамп сделал большую ставку на свержение режима Николаса Мадуро, но не решается на военную операцию с зашкаливающими рисками. Сейчас установлена морская блокада, которая призвана экономически "удушить" режим. Если Трамп сможет победить без издержек (или с минимумом таковых), это усилит его позиции и на континенте, и в мире в целом. Если нет (Мадуро останется у власти либо США "увязнут" в Венесуэле), то "Акела промахнется".
Третий индикатор – украинское урегулирование. Здесь ставок меньше, да и Трамп осторожнее. Но все равно это значимая часть американской внешней политики, где Америка ставят на неформальные контакты, исходя из того, что хорошая экономическая сделка может помочь разрешить любой конфликт, даже с историческим прошлым, большим, чем вся история США. 2026 год покажет, прав ли Трамп или нет.
Дедлайн для Трампа – ноябрь 2026 года, когда в США пройдут промежуточные выборы. После них он может превратиться в "хромую утку". В том числе поэтому Трамп спешит решить основные проблемы до этого срока.
Для Европы 2026 год – время не только перевооружения, но и подготовки к выборам во Франции, которые состоятся в 2027-м. Вполне возможно, что уже в этом году станет ясно, сможет ли французская элита выдвинуть нового лидера – как это произошло с Эммануэлем Макроном в 2017-м. Если нет, то президентом скорее всего станет Жордан Барделла с масштабной ревизией основных принципов функционирования ЕС (но при этом с сохранением военного союза с США). Еще одна интрига – удастся ли правительству Фридриха Мерца стимулировать развитие немецкой экономики. Если явных признаков оживления не будет заметно, то может встать вопрос о судьбе "большой коалиции".
Для БРИКС 2026 год может стать временем серьезных вызовов. В Китае это год подготовки к съезду партии, который состоится в 2027-м. На нем будут приняты решения, определяющие дальнейший формат китайской власти – сохранение единоличного лидерства (с возможным продолжением внутриэлитных "чисток") или возврат к олигархической модели, заложенной Дэн Сяопином. Какой сценарий будет выбран, может быть ясно в 2026-м. И еще один "китайский" вопрос – как Китай будет выстраивать отношения с США в условиях, когда Трамп продает оружие Тайваню на 11,1 млрд долларов. Готов ли Китай к усилению конфронтации в условиях, когда он привык смягчать конфликты.
Китайско-индийские отношения могут испытывать проблемы не только в связи с давними пограничными противоречиями, но и с предстоящими выборами в Бангладеш, где в 2024 году было свергнуто дружественное Индии правительство. У двух стран там разные ставки на фоне наметившегося сближения Бангладеш с Пакистаном, у которого, как известно, тесные связи с Китаем.
Но главный вызов для БРИКС – предстоящие президентские выборы в Бразилии, где Лула, как и в 2022 году, будет конкурировать с Болсонару, только не с находящимся в тюрьме экс-президентом, а с его сыном. Пока опросы свидетельствуют о лидерстве Лулы, но избирательная кампания еще не началась. Если побеждает Болсонару, то само членство страны в БРИКС может оказаться под вопросом с учетом "антибриксовской" публичной позиции Трампа (в президентство старшего Болсонару этого фактора не было).
Так что 2026 год будет непростым для фрагментированного мира с лидерскими амбициями Трампа. У многих политиков есть ностальгия по "старым добрым" предсказуемым временам, но возврата к такой "нормальности" в 2026-м точно не будет.
! Орфография и стилистика автора сохранены
